Скотоводство

Скотоводство в Урарту Скотоводство в Урарту

На Армянском нагорье скотоводством люди занимались еще в неолитическую эпоху; природные условия страны оказали существенное влияние на весь ход развития этой отрасли хозяйства.

Задолго до возникновения Урартского государства скотоводство наряду с земледелием стало основным видом хозяйства, а скот — главным источником накопления богатства и собственности.

История отчетливо показывает нам, что в развитии общества Передней Азии скотоводство играло весьма важную, первостепенную роль. Скот был основной добычей ассирийцев во время их походов в страны Наири. В надписи Тиглатпаласара I об успешной борьбе ассирийцев против союза стран Наири упоминается также дань, наложенная на побежденных и состоявшая из 1200 коней и 2000 голов крупного рогатого скота.

Древнейшие памятники, освещающие культуру древневосточных государств Передней Азии, дают картину развитого скотоводства, прошедшего многовековую историю. В Урарту существовала полукочевая отгонная форма скотоводства, явившаяся закономерным следствием его развития в горных условиях. Для увеличивающихся стад не хватало прежних пастбищ, расположенных около поселений. Стремясь расширить пастбища, урарты начали постепенное освоение горных и высокогорных (альпийских) лугов. Скот на летнее время угонялся в горы, на пастбища, куда вместе с ним перекочевывала и часть племени. Скотоводство приобрело полукочевой (яйлажный) характер, что вместе с тем определило разделение труда между горными и долинными районами Армянского нагорья.

Этот процесс развития скотоводства можно проследить на археологическом материале Закавказья и представить историю скотоводства Армянского нагорья, не документированную еще археологическим материалом.

Урартские клинообразные надписи содержат много данных относительно скотоводства. В них уже с конца IX в. постоянно упоминается крупный и мелкий рогатый скот, причем названия животных переданы ассирийскими идеограммами, иногда раскрытыми фонетически, что позволяет установить их урартское чтение. Таковы идеограммы бык (урарт. pahini), бычок, дикий бык, корова, овца (урарт. suse) и ягненок. Возможно, что идеограммами бык и овца передавались также понятия «крупный рогатый скот» и «мелкий рогатый скот» независимо от их вида и пола.

К сожалению, изображениями урартского скота мы не располагаем вовсе, если не считать рельефов Балаватских ворот Салманасара III, где показан угон скота из страны Гилзан (на северо-западном побережье оз. Урмия), входившей позднее в состав Урарту, да сильно стилизованных орнаментальных фигур быков.

Кости животных из раскопок на Топрах-кале не были определены, и археологи не обратили на них внимания.

Громадный материал об урартском животноводстве дали раскопки цитадели Тей-шебаини. Материал этот, детально обработанный и изученный С. К- Далем, весьма значителен по объему и делится на три основные группы: 1) комплектные костяки животных, погибших от пожара во время штурма цитадели, 2) отдельные кости (видимо, остатки мясной пищи) и 3) сильно пережженные кости от жертвоприношений.

Во время пожара цитадели, возникшего при штурме крепости, на крыше ее находились животные — крупный рогатый скот, лошади и ослы, поднятые туда во время осады. Когда деревянная кровля помещения была объята пламенем, обезумевшие животные, сорвавшись с привязи, метались среди огня, попадали на перегоревшие перекрытия и вместе с ними обрушивались вниз. Раскопки неоднократно устанавливали факт падения животных с большой высоты, на что указывали положение скелетов и сильное повреждение костей. От животных, погибших в пожаре, сохранились не только костяки, но и ошлакованные остатки мяса и кожи, а также некоторые внутренности и содержимое желудков.

Крупный рогатый скот, представленный несколькими костяками, по типу был весьма близок к Bos primigenius; на это указывают также и бронзовые головки бычков, украшавшие ведерко, найденное в одной из кладовых.

Особенно хорошо нам известны материалы о скотоводстве Закавказья со времени энеолита (III тысячелетие до н. э.), дающие определенную картину развития древних аборигенных пород домашнего скота. Но эта стройная линия развития скотоводства нарушается иногда побочным явлением-—одомашнением диких видов. Так, в погребениях вождей закавказских племен середины II тысячелетия до н. э. встречаются кости весьма крупного рогатого скота, близкого к дикому туру и не связанного с низкорослыми породами, разводившимися в Закавказье издревле.

Во время гибели цитадели Тейшебаини мелкий рогатый скот находился еще на горных пастбищах, поэтому раскопками обнаружено небольшое количество костей овец и коз.

С. К- Даль различает овец двух типов (Ovis aries); один из них является древней овцой (меринос), на что указывают также остатки высококачественной шерстяной пряжи; другой тин отличается крупными размерами и грубым руном. Козы, кости которых найдены на Кармир-блуре в сравнительно незначительном количестве, близки современной местной породе (Capra domestica). Среди костных остатков был обнаружен один скелет полностью и много отдельных костей домашней свиньи (Sus scrofa domestica).

Богатый остеологический материал из раскопок на Кармир-блуре дополняется находками из Цовинарской крепости, находившейся на южном берегу оз. Севан, на самой окраине Урарту. Среди костей, найденных во время раскопок 1934 г., В. И. Громова определила кости крупного рогатого скота (Bos taurus), домашней овцы (Ovis aries) и домашней свиньи (Sus scrofa domestica).

По сравнению с Кармир-блуром в Цовинарской крепости обнаружено большее количество костей диких животных, убитых на охоте, что объясняется географическим положением крепости. Нельзя забывать, что в урартское время берега оз. Севан были покрыты густыми и высокоствольными лесами, впоследствии истребленными человеком.

«Летописи Аргишти и Сардури, описывающие победоносные походы урартов в страны Передней Азии, в перечнях добычи дают громадные цифры скота, угнанного в центральною часть Ванского царства,?причем в этих текстах явно выступает значительное преобладание мелкого рогатого скота над крупным. Согласно сохранившемуся тексту летописи за все отмеченные в ней походы Сардури, сын Аргишти, привел в Би-айиу около 110 тыс. голов крупного и около 200 тыс. голов мелкого рогатого скота (I, 46—47; II, 44; III, 39—40; IV, 32—33; V, 31; VI, 7—8).

Только за два похода в Закавказье из страны Эриахи было угнано 23 194 головы крупного и 63 420 голов мелкого рогатого скота. Из этой сводки мы видим, что число захваченных овец и коз почти в три раза превышает число быков и коров. Кстати, можно отметить, что по переписи 1916 г. в Александропольском уезде Эриванской губернии насчитывалось 132 тыс. голов крупного и 157 тыс. голов мелкого рогатого скота. Если мы учтем, что страна Эриахи занимала лишь часть территории б. Александропольского \езда и что урарты завладели не всем скотом страны Эриахи, то цифры летописи Сардури еще ярче будут свидетельствовать о громадном количестве скота у племен древнего Закавказья, входивших в состав Ванского царства.

Весьма интересны сведения летописей о том, что походы урартских царей совершались в году дважды, по-видимому, весной и осенью. Это обстоятельство связано не столько с климатическими особенностями, сколько с основной формой скотоводства, господствовавшей в Передней Азии, а именно — с полукочевым (яйлажным) скотоводством. Урартские войска появлялись или весной, когда скот еще не ушел на горные пастбища, или осенью, по его возвращении с гор, когда была обеспечена богатая добыча. Основной целью урартских походов в Закавказье был захват скота и людей.

Мясо было, вероятно, основной пищей урартов. Например, в перечнях жертв приносимых богам (надпись на скале «Дверь Мхера»), упоминаются одни только жертвенные животные.

В 1949 г. на Кармир-блуре была обнаружена кладовая, засыпанная пережженными костями жертвенных животных. Все кости принадлежали крупному и мелкому рогатому скоту, причем среди них отсутствовали кости голов и нижних частей конечностей. Таким образом устанавливается, что шкура жертвенного животного, отделенная с головой и конечностями, выделялась особо; это хорошо иллюстрируется и кавказским этнографнческим материалом. Во всяком случае роль животных в урартской религии выступает особенно четко, если мы сравним перечни жертв в урартских текстах хотя бы с шумерскими и древнеегипетскими.

Крупный рогатый скот в Урарту имел важное значение, так как давал мясо и молоко. 'На изготовление масла указывают крупные «маслобойки», сосуды с одной горизонтальной ручкой для раскачивания и отверстием для заливания молока в верхней части боковой стенки. Такие сосуды были найдены как в цитадели Тейшебаини, так и в поселении. Интересной деталью, отличающей эти «маслобойки» от закавказских, является наличие клиньев, налепленных на внутренней поверхности сосудов. Эти клинья содействовали убыстрению процесса сбивания масла.

Урартам было знакомо и сыроварение. В нескольких помещениях цитадели Кармир-блура были обнаружены крупные воронки из туфа, диаметром около одного метра, установленные на деревянных конструкциях над плоским каменным чаном с желобом, по которому ненужная жидкость отводилась за пределы крепости. Очень вероятно, что такие конструкции использовались при сыроварении для процеживания молока в сосуды, устанавливавшиеся в плоском чане под воронкой. Тут же происходила и мойка сосудов.

На связь этих конструкций с сыроварением указывает и одна находка в помещении № 51, объясненная В. О. Гулканяном. Около каменного желоба и лежавшей около него туфовой воронки (диаметром 1,06 м) был обнаружен небольшой сосуд, состоящий из двух отдельных сосудиков высотой около 8 см, слепленных вместе и соединенных сквозным отверстием. В одном из них оказалась спекшаяся масса, которую В. О. Гул-канян, произведший тщательный анализ, считает остатком сычужной закваски для сыра. В этой массе оказались зерна сорго, ягоды винограда (изюма, судя по их внешнему виду) и обуглившееся органическое вещество, вероятно сычуг (вырезка из желудка животного). Это вполне соответствует и современной закваске, употребляемой в Закавказье, которая изготовляется из сычуга, зерен пшеницы или гороха и сушеных ягод винограда или кизила.

Двойной сосуд применялся для предохранения от попадания в молоко веществ закваски, находившейся в одной части сосуда, в другой же была жидкая закваска, которую и сливали в приготовленное для сыра молоко.

Некоторые породы овец разводились в Урарту специально с целью получения шерсти, обработка которой в Передней Азии известна с чрезвычайно отдаленных времен. При раскопках урартских поселений и крепостей часто встречаются дисковидные или полушаровидные пряслица от примитивного веретена, дожившего в своей архаической форме и до наших дней.

На Кармир-блуре были найдены не только крупные глиняные грузила от ткацкого станка, имеющие форму усеченной пирамидки, с отверстием в верхней части, но также клубки и мотки шерстяных ниток и обрывки тканей различных типов; есть ткани из очень тонкой шерсти, а в одном случае найдены обрывки толстой и плотной ткани с участками хорошо сохранившейся ворсовой поверхности.

О существовании в Урарту высококачественных шерстяных тканей, окрашивавшихся в различные цвета, рассказывают ассирийские клинописные тексты.

В тексте Саргона, в перечне добычи, захваченной в Мусасирском храме (366),упоминаются «130 одежд многоцветных и туник из льна, шерсти голубой и шерсти пурпурового цвета стран Урарту и Хапху». В 1952 г. на Кармир-блуре были обнаружены части кафтана из шерстяной ткани, на подкладке, с вшитыми вставками из ткани с узорами, выполненными гобеленовой техникой. Эта находка подтверждает сведения ассирийских источников о высоком уровне ткацкого дела у урартов.

Урарту
Читайте в рубрике «Урарту»:
/ Скотоводство
Рубрики раздела
Лучшие по просмотрам